red_nadia (red_nadia) wrote,
red_nadia
red_nadia

Categories:
9 февраля.
Анатолий Мартынов.
Академик " субботы".
Всем, почтившим скандальную память вечного узника собственной совести А.Д.Сахарова - в назидание...

История, она до тех пор история, пока голова на плечах, а когда тело обезглавлено - это уже искусство.
" Взять Шиллера..."- сказал Бродский.
Возьмем "отца водородной бомбы". Он убойнее.
А как его возьмешь, если он трижды Герой Соцтруда, Нобелевский лауреат, академик?...
Сами вешали звезды.
Повод был к тому? Как сказать. У нас любят ощущение отцовства. Не само отцовство, конечно, а некоторую, наименее обременительную причастность к нему. Это в жизни. А в ядерной физике куда как сложнее и строже мораль: появилась атомная бомба - кто отец? А водородная? Чье дитя?
Не слишком, правда, и церемонились, оформляя родство: обьявим Курчатова, а наградим Сахарова - пусть мама в далеком Лос- Аламосе теряется в догадках.
Клаус Фукс, Нан Мей, Дональд Маклин, Бруно Понтекорво, Джулиус и Этель Розенберги, Дэвид Грингласс и прочие натаскали для бериевского " атомного проекта" столько секретов из американского Лос- Аламоса и английского Харуэлла, что для оборонной легализации их в рамках научных открытий в курчатовском Институте атомной энергии не хватало кандидатов в отцы.
Все стали " трижды" и даже " четырежды".
Курчатов однажды даже взмолился Сталину: не надо американских " подробностей", сами лучше сделаем.
Но Сталин спешил и подгонял Лаврентия Берию. К осени 1945 года у Курчатова были практически все секреты бомб, разрушивших Хиросиму и Нагасаки. Уже через три дня после первого взрыва Москва получила от своей агентуры всю информацию оьнем и даже образцы обогащенного урана.
Берия, тем не менее, нервничал до самой последней минуты. На полигоне в Казахстане 25 сентября 1949 года тоскливо сказал Игорю Курчатову: " Ничего не выйдет..."
А когда вышло, обнял и расцеловал академика. Вышло хорошо. Потом стало выходить еще лучше. Поняли, наконец, что и сами с усами.
Будущая " совесть отечественной интеллигенции" Андрей Дмитриевич Сахаров - нормально подставлял под щедрые кремлевские звезды свою не слишком выдающуюся грудь. Ему давали- он брал. Какие вопросы?
Когда дремлющую совесть разбудили иные звезды, он отказался от прежних. К тому времени прежние неожиданно расположились не вполне благоприятно: Клаус Фукс после четырнадцатилетней отсидки за шпионаж вернулся в Германию, а не в Москву, на которую столь долго и плодотворно работал, и кто знал, что взбредет в его мемуарную память под старость лет?..
В 1991- м Фукс предложил Сахарову встретиться.Ученый- ядерщик приглашал коллегу на свой юбилей. Сахаров не поехал.
Бывшего агента советской разведки понять можно - все- таки интересно, кто этот счастливчик, увенчанный немыслимыми лаврами? Кто он - академик Сахаров?
Как выяснилось, " Аскета" тоже можно было понять.
Психологичские штрихи из недостоверного досье на кандидата в " диссиденты номер один": " Смесь научных способностей, узости мышления, схоластического идеализма и наивности... Не способен освобождаться от влияния окружающих его людей...Контролируемая шизофрения."
В принципе, это было не совсем то, что требовалось в пару " Лисе"- его будущей идеологической жене Елене Боннер, но те, которые потверже и не столь ужасающе косноязычны, во- первых, не имели титулов и звезд, а во- вторых, были гораздо менее контролируемы. Стерпится- слюбится. Да и невесте уже под сорок.
Строго говоря, бывший ассистент академика И.Е.Тамма по проекту магнитной термоизоляции высокотемпературной плазмы и самодеятельный романтик релятивистской космологии А.Д.Сахаров имел весьма скромную причастность к тому, с чем капризом судьбы был повязан узами прямого " водородного" родства. Но тем и легче было немолодой супруге вышибать из него схоластическую страсть к нестационарной Вселенной и вколачивать на ее место " общечеловеческие ценности".
С академиком работали, как в детской комнате милиции, в том числе и родная теща- Руфь Боннер.
" Лиса" предпочитала - сковородкой. Никакими инструкциями это средство , конечно, оговорено не было, но жизнь есть жизнь и нигде не сказано, что жить с контролируемым академиком легко и просто.
Так или иначе, но к идее конвергенции, то есть как бы скрещивания капитализма с социализмом, а затем и к необходимости государственной раздробленности СССР- " Аскета" пристегнули надежно. О термоядерном синтезе и о куда- то летящей Вселенной он теперь вспоминал, когда подписывал очередной протест по поводу ядерных испытаний в Советском Союзе.
Позже идея конвергенции тактично вытеснила и эти проблемы, носившие несколько двойственный характер, ибо испытания термоядерного оружия велись не только в " империи зла".
" Мы вас за горло не держим,"- повторяли ему , и " Аскет" охотно соглашался. Сковородка заметно скрадывала узость мышления.
Академик научился запоминать и выговаривать в микрофоны десятки фамилий " узников совести", озабоченных проблемой самопосадки втСССР, что впоследствии обеспечивало им триумфальную встречу на Западетв качестве пострадавших борцов за права человека.
С течением времени в нестабильной Вселенной приспела и Нобелевская премия мира, и ореол несгибаемого правозащитника , и комитет его славного имени, и общество " Мемориал", которое он тоже якобы возглавлял.
Но для " Мемориала" академик Сахаров являлся уже только вывеской , на которую рефлекторно реагировала прогрессивная интеллигенция. Его продолжали куда- то подталкивать и направлять , что- то давали подписывать по- прежнему , но уже ставился другой спектакль, писались иные сценарии, в которых " Аскету" отводилось место живописной иконы, а еще лучше- увеличенного портрета с траурным уголком.
В сущности, он был обыкновенным " шабесгоем"- услужающим правоверному еврею в "шабес"- субботу, когда тот не смеет утруждать себя не то что лишним движением, но даже и приказанием слуге, и шабесгой обязан безошибочно угадывать, чего желает хозяин в каждую конкретную минуту.
Угадывать академик не научился до конца своих дней, поэтому Е.Г. Боннер вынуждена была, демонстрируя терпеливую мудрость и снисходительность к аудитории, разьяснять журналистам и дипломатам, что, заявляя, к примеру, " Вся власть - Советам", Андрей Дмитриевич имел в виду не Советы всех уровней, где, между прочим, и так уже сидели люди " Мемориала", а недогматическое использование достижений всех социальных систем, что как бы само собой вытекает из его космологических гипотез, о которых человечество, увы, еще так мало знает...
Что же касается Советов как таковых, то Андрей Дмитриевич хотел особо подчеркнуть свое требование к властям о немедленном освобождении " узников совести": Глузмана, Любарского, Щаранского, Мешенера, Хейфеца, Бутмана, Вальдмана, Вульфа Залмансона, Израиля Залмансона...
В конце концов, произошло то, что произойти было обязано: академик стал иконным символом " Мемориала"- большего вклада в борьбу с "империей зла" от него нельзя было и ожидать, а политический скандал с "властью Советов" повториться не имел права.
В идеологическом штабе , осененном светлой памятью "академика субботы", работали не схоласты и не идеалисты, хотя контролируемых и не очень шизофреников хватало - одна Новодворская выпила крови больше, чем Пятое управление КГБ.
Тем не менее, " Мемориал" стал подлинным центром "демократических инициатив" и всевозможных "демплатформ", который успешно запускал на космологические орбиты Попова, Собчака, Афанасьева, Шейниса, Гайдара, Явлинского,Якунина, Станкевича, Старовойтову, Бурбулиса и еще многих других "аскетов".Но, заметим, не Вульфа и не Израиля Залмансона и даже не Щаранского.
Роли писались для "новых русских".
"Мемориал" создавал высотемпературный режим в контролируемой прессе, формировал партии и движения, лепил миротворческий имидж Горбачеву и готовил параллельный центр Ельцина.
Здесь шли к управляемой реакции августа 91- го. Здесь вызревала идея Беловежской пущи, вызвавшая уже цепную реакцию развала Союза на хаос и кровь " суверенных" республик.
Советологи, возможно , сами того не сознавая,копировали процессы ядерной физики. А, может, сознавали? Может, так подействовал эдипов комплекс " отца водородной бомбы"?
Не будем гадать.Расширим поле деятельности психоаналитикам тем ехидным обстоятельством, что закатную тень Беловежского сговора еще в 1951 году " поймал" в Париже российский поэт- эмигрант Арнольд Шполянский , писавший под псевдонимом Дон Аминадо:
Но, чую, вновь от Беловежских пущ
Пойдет начало с прежним продолженьем-
Иной судьбы опишет новый круг
История, бездарная, как бублик,
И вновь по линии Вапнярка- Кременчуг
Возникнет до семнадцати республик.
Слишком иронично и зло для случайного совпадения, не так ли? Странный беспокоящий негатив из будущего, необьяснимый и для самого поэта, как будто наложился ,помимо воли , на сатирический образ.
Почему до семнадцати? Вероятно, независимость Вапнярки еще впереди.
Физика внутренней взаимосвязи явлений, наверное, все же случайно обнаружилась Дону Аминадо на линии Вапнярка- Кременчуг, и вряд ли ему предназначался запавший в душу странный негатив, воздействовавший на поэтическую интуицию.
Возможно, что по этой метафизической линии пролегла вполне реальная историческая связь между троцкистской " пятой колонной" 1937 года и сахаровским " Мемориалом" 1987 года.
Разница между ними обусловлена лишь исторической обстановкой, в которой отсутствовал Сталин с его поразительной дальновидностью , а все остальное наглядно подтверждало космологическую гипотезу Сахарова, в соответствии с коей развитие Вселенной повторяется в основных своих чертах бесконечное число раз.
Успех бериевской разведки в годы войны и после нее не обьясняется массовостью агентуры НКГБ, зато обьясняется другим:
все без исключения завербованные агенты, поставлявшие ценнейшие сведения для советского атомного проекта, были евреями.
Случайности здесь исключены. Американский ядерный проект "Манхэттен" полностью контролировался сионистами.
В 1937 году они сдали Сталину Троцкого со всей его " пятой колонной", чтобы заручиться поддержкой в надвигавшейся войне с Гитлером, а к 1947 году отдали практически весь " Манхэттен" за невмешательство СССР в передел Палестины и согласие Сталина на создание государства Израиль.
Игра с обеих сторон велась по- крупному, и что выиграл бы Сталин , сказать трудно- слишком далеко вперед он умел смотреть, но игра осталась незаконченной. Не закончилась она даже не потому, что в 1953 году неожиданно умер Сталин.
Расчет его бывших союзников по антигитлеровской коалиции строился на том, что Советский Союз выйдет из войны обескровленным и обессиленным на долгие годы вперед, если не навсегда, и с " дядюшкой Джо" можно будет уже не церемониться.
Но Сталин сумел поставить дело так, что страна восстановила довоенный уровень уже к1947 году, а к 1953- му экономическое и военно- техническое могущество СССР стало решающим фактором мировой политики.
С его предполагаемым преемником Берией сионисты договорились бы...
....Все следовало начинать и создавать заново, в том числе и " пятую колонну", которая помогла бы вернуть Штатам бездарно утраченное преимущество в области атомной энергетики и термоядерного оружия, а, следовательно, и лидерство в мире.
Начали с малого. Нашли "человека субботы". Академика Сахарова.
Дон Аминадо утверждает, что история бездарна.
Он имел в виду, что история до тех пор история, пока ищет новое. Когда она глупо повторяется, это уже трагедия, которая начинается с финального акта предыдущей.
Возьмем Шиллера...
1996 год.
...…...........…...........................................................................................................................

От себя. Это кусочек будущего Краткого курса Мемориала. Пятое управление, пятая колонна... Однако, совпадение символичное.
Был декабрьский мороз. Десятки тысяч москвичей стояли, чтоб проститься с " иконой".
И я отстояла вместе с теми лохами...
Мой личный вывод : Не сотвори кумира - очень верно! Кумиры- то ...тоже создаются теми, кому надо.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments