red_nadia (red_nadia) wrote,
red_nadia
red_nadia

Category:
28 мая. После жары началаж месяуа наступило ненастье. Опять сегодня не высунешься, но свой утренний обход я делаю непременно. Открылся третий ирис, снова простой фиолетовый. Ну и ну! А Дарвин-то не так и не прав!
              Сегодня о врачах.  Практически все мои дальние и ближние- врачи,  особого пиетета к ним я не питала. Училась я лучше , чем все они, а кто кем стал, ну это личное.  Есть  фармацевт, кардиолог, педиатр, стоматолог, гематолог , невропатолог, хирург, онколог,  психиатр, уролог- это мои двоюродные братья и сестры. Я категорически отказалась поступать в медицинский. Даже неловко сейчас вспоминать , почему я туда категорически отказалась, но я хотела писать честно , так что придется. Мне категорически не нравилось, что всю жизнь придется ходить в белом халате! Где- то я видела в глубоком детстве, будучи в Москве, по телевизору  (а у нас еще ТВ не было вовсе) , как по министерству ходят красиво одетые тетеньки, так вот  и получилось, что мединститут  исключался. В канун 75 года позвонила мама, сказала, что папе удалили на шее узелок. Ну удалили и удалили. Гром грянул в январе, когда папу вызвали в Воронеж в онкодиспансер.  Папе было 59 лет, высокий,интересный, а, главное, очень добрый и веселый.  Назначили  лучевую терапию, папа регулярно звонил,  будучи еще абсолютно   не тронутым болезнью. Под конец его лечения я решила все услышать из первых уст, полетела в Воронеж, подошла к его лечащему врачу, ну что дальше и т. д.  Так впервые услышала это кошмарное слово  лимфоретикулосаркома (уже на   Каширке узнала, что они  отделяют ретикулосаркому от лимфосаркомы и что первая хуже) . Побежала к главврачу диспансера.  Крайне деликатно довел до меня:  если где и могут помочь, то только в ИЭКО. Институт Экспериментальной и Клинической Онкологии, а попросту Каширка. Самое главное было не показать виду папе за оставшиеся несколько часов, но в самолете я дала волю чувствам. Слезы не люблю, у меня их камнем не вышибешь, но и ко мне пришло горе. К тому времени я работала ...в министерстве(!!!), регулярно ездила за границу, жила с мужем у метро Октябрьская в двухкомнатной квартире и даже в кирпичном доме. Что нужно еще для счастья девчонке из Воронежа? Божий  знак?  Помню отчетливо,  я  врачам объясняла , что это  бог наказал меня , папа не при чем. Забегу вперед. Сколько всяких бредней я вываливала на врачей  в дальнейшем, читала  монографии и популярную литературу ( предстаьте, на Каширку несла свои "познания"!), меня никто ни разу не шуганул!!!
Наутро я была на Каширке.В регистратуру, там немного удивились отсутствию больного, но записали на прием в поликлинику  при ин-те.  Записи  на тот день уже не было, но тут просто консультация без больного, записали. Марина Антоновно Резингер, первая, с кем я встретилась там. Без особого успеха пыталась мой словесный поток приостановить, но куда там,  я рассказала ей все: что я одна у родителей, первая дочь у них умерла, лучше моего папы нет на свете , ну и т. д. Спасибо Вам, дорогая Марина Антоновна, что выслушали меня тогда. Но суть она уяснила и дала задание: прежде всего нужны стекла. Тут же к телефону , звоню однокласснице Наташе Кудрявцевой , она работала в СЭС .Через день получаю  с проводничкой коробочку , передали не только стекла, но и банку  с тканью. Дома собираю пакет:  хрустальный кувшин со стаканами, очень красивый, бутылку  французского коньяка. Пакет  BOLS. Намеренно подробно все описываю, кто жил тогда, тот поймет. С двумя пакетами- на  Каширку.  Отдельное спасибо уже ушедшему из жизни  Петкевичу  Андрею Антоновичу, начальнику моего  Управления.  Ведь вся моя беготня была в рабочее время. Я уже упоминала его имя  как одного из трех коммунистов, которых я лично знала, и непременно  напишу о нем в дальнейшем. Если честно, он ко мне относился  теплее, чем к остальным сотрудникам, почему, это отдельный разговор, в общем, проблем  особых не было.  На  Каширке в регистратуре  требуют карту и вообще талонов на сегодня нет. Презрительна машу рукой, бегу на второй этаж, в поликлинику. Дожидаюсь последнего пациента, захожу в кабинет. Неожиданно  там другой врач- Майя Александровна Волкова. Очень яркая эффектная блондинка, потом узнала, что ее муж очень большой человек в медицине. Сбивчиво объясняю, что привезла стекла- пакет на стол, а это вот Вам - другой пакет на стол.  Клянусь, описываю до мельчайших деталей  все как было. Громкий хохот Майи.   "  Это что за кавказские манеры! Забирайте свой пакет, и только тогда будем разговаривать!". Убираю  BOLS.  Разбирается , что к чему.    "Идемте."  Ведет в ординаторскую, вижу изумленную  Резингер(уже привезли?), представляет меня какой-то  простой на вид тетеньке.  Мария Михайловна Каверзнева , и. о .  зав. отделением гематологии.  Она на год станет для меня всем- богом, путеводной звездой, соломинкой...  Решают посмотреть сперва стекла , а потом больного. Никак не могу привыкнуть, что  " больной"  - это мой папа.  Вот  тогда мне объяснили, что  лимфо- и ретикулосаркомы  разные. Ну у нас оказался худший вариант.  Нам завели карту, между собой обсуждали вариант госпитализации, какие- то были,  я поняла, вопросы.  Собственно  была проблема в том, что папа не был тематическим больным, к тому же был уже оперирован,  а это вроде не приветствовалось. Отделение гематологии  занимало 2- й этаж,  24  койки. Слово койки меня пригибало, какое- сиротство. Я их колебания уловила и на полном серьезе заявила, что  если они не положат папу, я у них в туалете повешусь. Даже спустя столько лет, утверждаю,  что это не было шантажом. Почему- то я  себе внушила, что папу могут спасти только тут.  Я еще не понимала всей нашей безнадеги. Папу временно отпустили, так как на тот момент еще ничего не было , договорились, что как только ему станет хуже ,  то мы приедем. Я гордо покинула Каширку, искренне надеясь,  что она мне может не понадобиться. Увы, через месяц папу по телефону было невозможно понять- такое  появилось косноязычие. В конце мая мы уже лежали в ин-те . Началось обследование, искали "узлы",  надеялись найти их в каких- то пирамидках. Месяц искали- искали, не нашли. Решили, что я положу его в специализированную неврологию. И тут я получила первый щелчок.  При  Минздраве РФ был отдел по приему и госпитализации иногородних граждан. Собственно, я не знала, куда конкретно мне надо, знала лишь, что в неврологию.  Однако лично начальник отдела  Дядечкин просто посмеялся мне в лицо. Обхожу здание, вхожу в центральный вход ( да, да, в здание Минздрава мог войти каждый) , поднимаюсь на второй  этаж, не знаю , куда дальше. По коридору проходят несколько человек, вдруг один притормаживает  возле меня  и участливо  спрашивает, что со мной. Абсолютно не понимаю, кто это, начинаю всю свою песнь с самого начала . Выслушивает до конца, берет за руку, ведет в кабинет, набирает номер, занято, еще пару  раз , говорит, спуститесь и попросите  освободить номер , скажите, звонит Романов. Ничего не понимаю, пулей несусь  вниз, облетаю здание, буквально врываюсь к Дядечкину... Через считанные секунды держу в руках направление, мне его с ненавистью даетДядечкин...
Алексей Петрович Романов, помощник министра, я даже не поблагодарила Вас, было некогда, но я Вас помню. Вы в моих святцах. Москва  - большая деревня, спустя много лет на  чьем- то юбилее в ресторане  "Арбат" заметила развеселую незнакомую деваху, поинтересовалась, кто это.   В ответ- Маша Романова, отец был помощник министра здравоохранения. По мне ток пробежал. Подошла, все рассказала, она легко так засмеялась, говорит, не переживайте, он стольким помогал...
 А дальше , как было написано в какой- то книжке по гематологии, начался неотвратимый ход  ретикулосаркомы. Какие-то циклы  ЦОП ( циклофосфан, винкристин, преднизолон) , ремиссия. Все эти новые термины я заглатываю, трещу безумолку всем подряд, но меня мало слушают, а только качают головой. Папа требует возвращения домой, в Поворино. Уезжаем, регулярно проверяем кровь( контроль за лейкоцитами).  Продолжаем лечение по расписанной Марией Михайловной Каверзневой схеме. Но и там, где я не ожидала,  пришлось биться. Городская амбулатория возглавлялась Качановой  Людмилой Михайловной. В городе ее недолюбливали, надменная, всегда много золота на руках. В общем, очередной анализ  крови не сделали. Отправляю телеграммы секретарю обкома, начальнику   облздрава, где клеймлю Качанову на чем свет стоит. Еще такой момент, винкристин стоил по тем временам недешево, 24 р за упаковку.  Я приезжала к родителям на выходной, поэтому идти выписывать в пол- ку винкристин мне было некогдв, покупала сама , но вообще- то онкобольным все было бесплатно. Так вот мне прислали деньги из облздрава за купленный мною винкристин. А в субботу иду домой  к секретарю райкома партии,  он уже был Воронежем коротко уведомлен о моей телеграмме.  Ему я вручила три листа, где собрала  на  Качанову все, что знала и не знала. В понедельник ее пригласили в райком, как ни странно, она ничего не слышала еще, а, будучи секретарем  парторганизации, отправилась туда спокойно. Что было там, не знаю. Черт с ней. Но знаю , что "образованную дурочку"(такую характеристику она мне дала)  она помнила очень долго.
ЦОПы уже не помогали, все было без изменения , но папа слабел. Еду к Каверзневой, что делать, и тут впервые прозвучало, что больше ничего нет. А в мире?  Вдруг она оживилась, говорит, что они по обмену получали наипоследнейший препарат, пробовали на своем заведующем, эффект налицо. Кричу, да что за препарат такой.- Адрибластин, адреомицин,  производит  Милан. Быстро напрягаю всех, кого могу. Перезванивают, а сколько надо препарата на курс. Несусь к Каверзневой, она оживилась, говорит, ждала , так как сама задумалась, сколько надо адрибластина.  Все, жду посылку, но тут очередная проблема. Помните, на каждой бумажке-инструкции к лекарству стояла фамилия Бабаян, проверено, разрешено. И в таможне мне сказали , что без письма за подписью  Бабаяна оне мне не выдадут посылку. Бабаян письмо мне выдал. Увы,  препарат опоздал, папы не стало. Все, кто мне тогда помогал, я вас всех помню. И еще. Ни разу никому не давала ни рубля!!!!
Но пришла беда, открывай ворота. Через несколько месяцев новый удар, у мамы  взяли биопсию, отправили в  Воронеж , опять в онкодиспансер. Холодея, звоню в Воронеж  в лабораторию, заведующая строго отвечает, что по телефону такие вещи не обсуждаются. Все объясняю, слышу, как она бысто уходит, возвращается, листает журнал и...очередной удар: "Аденокарцинома тела матки".  Тихо начинаю причитать, слышу жесткое:"  Деточка, у вас не так трагично,  шейка не задета, действуйте". Я даже не знаю ее имени, но звук ее голоса помню до сих пор. Спасибо Вам, доктор, за деточку , за надежду. Наутро я у Каверзневой, она  мне дает совет не ломиться в ИЭКО, а лечь , где есть  их кафедры , т.е.  либо 1-я градская, либо 57-я. Идеально,  я работаю  на Октябрьской, так что сразу в 1- градскую. Никаких Дядечкиных!
 Замглавврача Ксения Александровна Федорова.  Я Вас  помню.  Наутро мама была  госпитализирована. Оперировала завотделением  Марандова. Ох и суровая тетка. При выписке зашла к ней с флаконом "Фиджи" и цветами.  Цветы взяла , а " Фиджи"  категорически вернула.  7  лет маме гарантировала, мама прожила 29 лет.
Я столько раз за свою жизнь произносила эти фамилии с благоговением, они для меня святые.
Мое соприкосновение с медициной скорее комичное. После Каширки каждый чих я воспринимала с ужасом, усматривая онкосимптомы, неслась к соответствующему специалисту в районную поликлинику, брала направления в соответствующие институты.  Теперь моя дочь- врач  не может не верить мне, но крайне возмущается. За пару лет я прошла  Каширку,Герцена, инс-т эндокринологии, инс-т Вишневского,  а потом  прошло. Видимо, участковые специалисты под впечатлением моих рассказов о родителях давали мне направления беспрепятственно.  Предвижу  аргументы критиков, но я такая , какая  есть, и все было так, как я описала. Постоянно слышу по радио критику сегодняшних врачей ( не системы  здравоохранения , а именно  врачей) , вероятно, критика небеспочвенна,  но я видела  других.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments